На главную

Контрольная работа: Политическая мысль России второй половины 19 – начала 20 вв.


Контрольная работа: Политическая мысль России второй половины 19 – начала 20 вв.

Содержание

Введение

1.  Политические идеи русских революционных демократов (А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский, Н.А. Добролюбов) и представителей русского революционного народничества (П.Л. Лавров, Н.К. Михайловский, М.А. Бакунин)

2.  Идеи либерализма в русской политической мысли (Б.Н. Чичерин, Г.Ф. Шершеневич, Б.А. Кистяковский, П.И. Новгородцев, И.А. Ильин

3.  Объясните, почему в столкновении либерализма, консерватизма и радикализма в российской политической истории рубежа XIX–XX вв. восторжествовал идеологический радикализм. Укажите, какие социокультурные факторы этому способствовали

Заключение

Литература


Введение

С XVII–XVIII вв. западноевропейские идеи Нового времени начали оказывать существенное влияние на политическую мысль в России. Отделяясь от религии, она постепенно переходит на светские позиции. В немалой степени ускорению этого перехода способствовали реформы Петра I, которые, по убеждению многих исследователей, явились радикальным преобразованием по типу «революции сверху».

История России как бы распалась на две части – историю допетровской патриархальной Руси и историю России «европеизированной». В рамках последней наряду с ценностями нового порядка продолжали параллельно существовать и развиваться на уровне народной культуры патриархально-традиционные ценности.

Европеизация России затронула лишь определенную часть социального тела, не коснувшись низших слоев общества. Крестьянская Россия почти до самого конца XIX в. оставалась в своем традиционном бытии – в сельской общине, где поведение каждого ее члена было обусловлено коллективным характером и системой контроля со стороны собрания сельского «мира», практиковалось внеэкономическое принуждение к труду, а отношения с государством строились по принципу безупречного подчинения, опираясь на идеи «наивного монархизма».

В этой связи специфику отечественной политической традиции во многом принято определять исходя из видения России как промежуточной цивилизации – переходной формы от традиционной, статичной цивилизации к нетрадиционной, динамичной. В результате нескольких попыток капиталистической модернизации российское общество оказалось неспособным в полной мере завершить подобный переход. Модернизация в России проводилась «сверху», по имперской модели. Развитие промышленности не сопровождалось ростом гражданских свобод, свободомыслие неукоснительно пресекалось, принуждение к труду осуществлялось внеэкономическими средствами и т.д. Таким образом, преобразования «сверху» не получали обратного импульса, что не только не способствовало укоренению ценностей частной собственности и инициативы, правовых норм, институтов самоуправления и гражданского общества, но и увеличило разрыв между двумя системами ценностных ориентаций: сравнительно узкой управленческой и культурной элиты и остального населения. В итоге политическую историю России можно представить как постоянное противоборство либеральных и патриархально-традиционных ценностей, что и нашло отражение в идейных исканиях отечественных политических мыслителей, прежде всего периода XIX – начала XX в., для которых отношение к реформам Петра I становится попыткой самоопределения в различных направлениях отечественной политической традиции. Все более четко в русской политической мысли начинают выделяться три главных направления: консервативное, либеральное и радикальное.


1. Политические идеи русских революционных демократов и представителей русского революционного народничества

Революционно-демократическое течение оформилось во второй половине XIX. Революционно-демократическое крыло выступало за уничтожение крепостного права, самодержавия, провозглашение демократической республики. Высказывалась идея уравнительного землепользования, общественной собственности, критика капитализма. Широко использовались идеи европейских социалистов-утопистов.

Революционно-демократическое направление русской общественно-политической мысли представлено именами А.И. Герцена, Н.Г. Чернышевского, Н.А. Добролюбова.

Будучи представителем первого дворянского этапа освободительного движения в России, Герцен отличался революционно-демократическим

настроем своих взглядов, хотя и не избежал колебаний в сторону либерализма.

А.И. Герцен указывал на более прогрессивный характер капиталистического строя по сравнению с феодальным, однако не считал его идеалом. Он отмечал, что кроме известных достижений в экономической и политической области, у нового общественного строя было слишком много негативных сторон. Главная из них – эксплуатация новыми хозяевами наемных работников, что роднит новое общество со старым, феодальным. Герцен писал, что помещик, который берет страшный процент с земли, и фабрикант, который богатеет за счет своего работника, составляют только видоизменения одного и того же социального паразитизма.

Герцен вплотную подошел к пониманию сути мнимой демократии. «Буржуазное общество представляет собой анонимное общество политических шулеров и биржевых торговцев». Все говорит о том, писал Герцен, что в буржуазном обществе нет социального равенства. Его нет, прежде всего, в отношениях между буржуазией и наемными работниками, «хозяином и рабочим». Он пишет, что по жестокости и беспощадности расправы с народом буржуазное государство превзошло даже феодальное государство с его кулачным правом. Нет социального равенства и в политических отношениях между буржуазией и наемными работниками. По словам Герцена, буржуазия – это «единственное сословие, имеющее все политические права…». Утвердившееся же формальное равенство перед законом при капитализме он характеризовал как «оптический обман», скрывающий фактическое неравенство различных слоев населения. Герцен гневно разоблачает буржуазный парламентаризм. Путем подкупа, угроз, других средств давления на избирателей буржуазия обеспечивает необходимый ей состав парламента. Избирательное право – одно из средств обмана народных масс.

А.И. Герцен указывал на следующие основные «элементы» преобразования российского общества, большинство которого составляло крестьянское население: «Право каждого на землю. Общинное владение ею. Мирское управление».

Герцен считал, что наиболее правильную и разумную организацию экономической жизни обеспечит социализм. Формой перехода российского общества к социализму Герцен считал сельскую общину, она – зародыш будущего социалистического строя. Герцен видел и слабые стороны сельской общины: она ограничивала свободу личности, но одновременно создавала условия для коллективного труда. Для развития общины в ячейку социалистического общества необходимо воздействие на нее передовой социалистической мысли; социалистическое устройство России может стать результатом взаимодействия передовой мысли Запада и сельской общины.

Необходимым условием превращения общины в ячейку будущего общества Герцен считал освобождение крестьян с землей, сохранение и укрепление самой общины, организации артелей в промышленности, распространение типа общественного самоуправления на все государственные структуры.

Каким путем Герцену виделся переход к социализму? Признавая желательным «переворот без кровавых средств», Герцен приходит к пониманию необходимости социального переворота, став тем самым одним из родоначальников идеи народной революции в революционно-демократическом лагере. В этом заключается суть его революционного демократизма. Если до отмены крепостного права у Герцена еще были серьезные колебания между либерализмом и революционным демократизмом, то после этого он все более склонялся к идее революционного преобразования общества. Правда, в те революции, которые происходили в странах Западной Европы в 40-х годах XIX столетия, он верил все меньше, однако рассчитывал на возможность иных, более подходящих для России путей демократического преобразования общества.

Он был убежден в неизбежности прогрессивного развития общества, в ходе которого устаревшие его формы будут заменены новыми, отвечающими интересам широких народных масс.

Своего наивысшего расцвета общественно-политическая мысль революционных демократов России достигла в творчестве Н.Г. Чернышевского.

Важное место в учении революционных демократов отводится проблемам деления общества на различные социальные слои и классы и социально-классовой борьбы. Н.Г. Чернышевский указывал на экономическое основание социальной расчлененности общества. Таковым он считал способы получения доходов и их источники. «По выгодам все европейское общество разделилось на две половины: одна живет чужим трудом, другая своим собственным». Отсюда и противоположность их социальных интересов. Одна из них заинтересована в сохранении существующих отношений, при которых она может присваивать чужой труд, интересы другой – изменить существующее положение так, чтобы «трудящийся человек пользовался всеми плодами своего труда.

Чернышевский положительно оценил требования, выдвинутые демократическими силами Англии в середине XIX в. в так называемой «Народной Хартии». Эти требования касались демократизации выборов в английский парламент и его деятельности и сводилась к следующему: всеобщее избирательное право; ежегодные парламентские выборы; выплачивание жалования членам палаты общин, «чтобы люди без состояния могли принимать на себя звание депутатов»; выборы посредством тайного голосования, чтобы обеспечить независимость избирателей; перераспределение избирательных округов, чтобы число депутатов от каждого округа было соразмерно его населению; отмена имущественного ценза для кандидатов в депутаты парламента, «чтобы нация могла избирать своих депутатов без различия между богатыми и бедными». По мнению Чернышевского, осуществление подобных требований при известных условиях могло бы стать частью демократических преобразований политической жизни российского общества.

Чернышевский последовательно отстаивал идеи ликвидации последствий крепостного права, радикального обновления российского общества. Вслед за Герценом, он считал возможным при переходе к социализму использовать сохранившуюся крестьянскую общину. Однако, в отличие от Герцена, он не считал общину уже готовой ячейкой социализма, считал, что общинное земледелие должно быть дополнено коллективными ведением хозяйства и что социализм возникает из развития кооперации в промышленности и земледелии. Формой такой кооперации он считал промышленно-земледельческие товарищества.

Россия, по мнению Чернышевского, находится на пороге народной революции, которая приведет к власти трудящихся. Новая власть будет способна решить не только демократические, но и социалистические задачи: ликвидировать буржуазную частную собственность, организовать планируемое в масштабах всей страны крупное промышленное производство, уничтожить разделение труда, свойственное феодализму и.капитализму, и на этой основе добиться развития личности и ее способностей. Переоценивая социально-экономические возможности сельской общины, Чернышевский считал ее способной устоять против капитализма, а после свержения самодержавно-крепостнического строя воспринять достижения техники, науки, культуры, сократив тем самым путь России к социализму.

Надежды Чернышевского на общину основывались на его уверенности в победе народно-крестьянской революции и безвозмездной передаче земли крестьянам. В этом заключалась переоценка Чернышевским социально-политических возможностей крестьянства России как революционной силы. Будущее общество Чернышевский представлял себе как планомерно организованное крупное производство, состоящее из промышленных и сельскохозяйственных товариществ, взаимно обеспечивающих друг друга продуктами своего труда, способных удовлетворить индивидуальные и общественные потребности.

Резкой критике Чернышевский подверг реформистскую тактику либералов, прикрывающих, по его мнению, свое стремление к сохранению старого режима фальшивой декламацией о «прогрессе», «свободе», «благе народа». Он признавал только такие реформы, которые «основываются на расширении свободы или ведут к ней». Речь идет прежде всего о политических свободах и правах людей, касающихся избирательного права, свободы их политической деятельности, а также свободы получения образования, благодаря которой расширяются возможности социальной жизнедеятельности личности во всех сферах жизни общества, в том числе политической. В любом случае, считал Чернышевский, реформы имеют «характер паллиативного (половинчатого) средства и рекомендовать их принятие надобно только в тех случаях, когда нет надежды на проведение мер более широких».

Революционные демократы исходили из того, что преобразование общественного и государственного строя России может произойти в результате революционных действий широких народных масс. А это не исключает применения революционного насилия. Чернышевский выдвинул идею народной революции, которая может произойти «из существующих общественных отношений» и будет направлена на изменение государственного строя в интересах трудящихся масс.

Н.А. Добролюбов, как и Н.Г. Чернышевский был не лучшего мнения о либеральных реформах.

«…Наши либералы и реформаторы, – писал он, – отправляются в своих проектах от юридических тонкостей, а не от стона и вопля несчастных братьев». Однако он был преисполнен исторического оптимизма и верил в то, что «в лучшей части» российского общества все более вызревают «любовь к страждущим и притесненным, желание деятельного добра». Грядет время осуществления новых идей: «…Теперь в нашем обществе есть уже место великим идеям и сочувствиям, и недалеко то время, когда этим идеям можно будет проявиться на деле».

Речь идет об идеях революционного преобразования общества на основе принципов демократии. Для этого, по словам Добролюбова, необходимо, кроме прочего, широкое просвещение народа, его воспитание на прогрессивных моральных и политических ценностях и объединение на базе общих интересов. В статье «Народное дело» Добролюбов выражает тревогу по поводу того, что «народ наш живет так разрозненно, так мало проникнут сознанием общих интересов». Не меньше его тревожило то, что российский народ был «мало образован», а «всеми средствами образованности» и их плодами владели «неработающие классы общества, которым нет никакой выгоды передавать оружие против себя тем, чьим трудом они до сих пор пользовались даром».

Все российские революционные демократы исходили из того, что демократизация политической жизни общества должна вести к социальному и политическому освобождению личности, расширению ее гражданских прав и свобод, созданию условий для ее духовного развития. В связи с этим представляет интерес высказывание Герцена о том, что «нельзя людей освобождать в наружной жизни больше, чем они освобождены внутри». Речь идет о внешней и внутренней свободе личности. Ее внутренняя свобода связана с ее духовным развитием, прежде всего с ее способностями разбираться в той или иной системе духовных ценностей и действовать в соответствии с ними, в конечном счете с ее свободомыслием и готовностью брать на себя ответственность за свои действия. Обладая такого рода внутренне свободой, личность сможет более целесообразно пользоваться внешней свободой, идущей от внешних обстоятельств ее жизнедеятельности, в том числе ее политической и правовой свободой. Разумеется, дело не в неограниченной свободе. Такое анархическое понимание свободы они отрицали. Имеется в виду свобода личности в рамках существующих социальных норм, прежде всего политических и правовых, создание условий для ее всестороннего развития и свободного проявления ее творческих способностей.

Как видим, свобода личности выступает в качестве главной цели общинного социализма, а наука и общинное самоуправление – в качестве важнейших средств ее достижения. Таким образом, в учении Герцена о русском социализме органически соединились национальные особенности развития России и ценности мировой цивилизации.

А.И. Герцен, Н.Г. Чернышевский стояли у истоков революционного народничества. Чернышевский ближе, чем другие революционные демократы, подошел к идеям народничества и отчасти марксизма. Его называют непосредственным предшественником русского революционного народничества.

Революционное народничество как бы завершает течение русской политической мысли, идущее от революционных демократов Герцена, Чернышевского, Добролюбова. В новых исторических условиях 70-х–90-х годов XIX в. его представители по-своему обосновывали необходимость изменения общественного строя России. Стимулом к возникновению народничества явилась неудовлетворенность реформой 1861 г., давшей крестьянам свободу, но не землю. Крестьянство ее не поняло и не приняло, больше того, откликом на реформу явились стихийные бунты. Народничество продолжило борьбу за интересы крестьянства, когда либералы были убеждены, что все необходимое сделано. Для него было характерно скептическое и даже враждебное отношение к либеральному реформизму. Никчемность результатов реформы, исчерпавшей потенциал русских либералов, по мнению народников, должна была привести к тому, что народ сам возьмется за осуществление своих прав. В условиях самодержавия единственное средство, к которому он может прибегнуть, – революция. Крестьянская революция, призванная дать народу землю, подлинную свободу и посредством укрепления общинных традиций не допустить развития в России капиталистических отношений, стала целью народников.

Теоретическое обоснование революционного народничества 70-х гг. было дано в трудах его главных идеологов: М.А. Бакунина, П.Л. Лаврова и др.

Общими чертами их платформы были непримиримая враждебность к абсолютистскому государству, самодержавно-бюрократическому срою, помещичьему землевладению, убеждение в необходимости революционной борьбы против существующих порядков, преданность интересам крестьян.

Они были не только революционными демократами, но и носителями идей русского крестьянского социализма. Отстаивая возможность «особого», некапиталистического развития России, народники отрицали какой-либо положительный смысл за капитализмом в нашей стране.

Одна из конкретных черт этого направления – идеализация крестьянина и сельской общины, хотя некоторые теоретики народничества и видели симптомы разложения общинных «устоев». Именно с общиной в первую очередь связывалась вера в возможность некапиталистического развития России.

Общей чертой революционного народничества было некоторое пренебрежение проблемой конституционных преобразований, свойственное в законченной форме анархическому типу политического сознания. В зарождении и временном упрочении такой позиции заметную роль сыграли наблюдения над историческим опытом Западной Европы. Там «политические» революции привели к господству буржуазии в социально-политической жизни, и вызывало опасения, что политические перемены, не сопровождающиеся коренным социальным переворотом, приведут в России к аналогичным последствиям и к ускоренному разрушению общины. Известное распространение получило мнение о более или менее безразличном отношении самих народных масс к вопросу о политической свободе. Следует также подчеркнуть тесную связь аполитичности народников с верой в близкую крестьянскую революцию, которая, по их мнению, даст народу полное экономическое освобождение, а попутно разрешит проблему политической свободы.

Все это, вместе с презрительным отношением к дряблому русскому либерализму, объясняет, почему народники, чье движение имело серьезное политическое значение, в своем большинстве сравнительно долго избегали выдвижения политической борьбы в качестве самостоятельной и первоочередной задачи. Жизнь заставила в конце концов отказаться от этого заблуждения. Но остатки анархистского предубеждения против «политики» сохранились даже у части тех народников, которые на практике прямо и смело перешли в конце десятилетия к политической борьбе.

По многим политическим и в особенности тактическим проблемам теоретики народничества спорили друг с другом. В революционном народничестве выделяются 3 течения: пропагандистское, заговорщическое и бунтарское.

Представителем и одним из главных идеологов пропагандистского течения революционного народничества был П.Л. Лавров. Он исходил из ведущей роли критически мыслящих личностей, их подготовки, самообразования как условия объединения в союз борцов для подготовки социальной революции. Только критически мыслящие личности, по его мнению, постигшие законы общественного развития и возвысившиеся над толпой, мыслящей пассивно, были в состоянии двигать прогресс, возглавить историческое движение общества.

П.Л. Лавров постоянно писал о справедливости как исходном пункте взаимоотношений людей, поясняя при этом, что она проявляется в «равном праве на достоинство всех людей», в их равноправии. Однако в прежнем и современном обществе много несправедливости. Существует эксплуатация одних классов другими, угнетение слабых в экономическом и политическом отношениях наций более сильными, социальное неравенство и неравноправие различных групп людей и отдельных личностей. Лавров говорит об экономической основе классовой борьбы пролетариата и буржуазии, о том, что эта борьба неизбежно ведет к борьбе за политическую власть, наконец, о том, что цель пролетариата в этой борьбе – «передать все орудия труда в руки коллективности рабочих и прекратить в корне всякий незаработанный доход». В этом, по его мнению, заключается реализация важнейших элементов «идеала справедливого общежития».

Данному идеалу больше всего соответствует общество, основанное на коллективном труде, социальном равенстве, политической и нравственной солидарности, – социалистическое общество. На пути к нему, заявлял Лавров, необходимо свергнуть эксплуататорские классы и уничтожить буржуазное государство. Сделать это должны поднявшиеся на революционную борьбу народные массы. Но для этого их надо просветить относительно сущности общественного строя России, развернувшейся в ней классовой борьбы, а также основных политических институтов, прежде всего государства. А это уже задача интеллигенции. Сами же идеологи народничества стремились вооружить российскую интеллигенцию и через ее просветительскую деятельность широкие народные массы пониманием указанных выше проблем.

Государство, по Лаврову, возникает в результате договора между собой меньшинства наиболее влиятельных членов общества. Это меньшинство заставляет всех остальных членов общества исполнять данный договор. Государственные требования могут исходить от отдельного лица, от государственного органа или от выборного совета. Если эти требования не выполняются добровольно, их выполнение обеспечивается принудительной силой государственных органов. Лавров показывает, что государственное принуждение, основанное на договоре меньшей части общества и направленное против большей его части, заведомо несправедливо и, следовательно, «противоречит понятию о прогрессе».

Лавров пишет: «Нельзя ничего ожидать иного от современного строя, кроме обязательного подчинения большинства условиям, установленным меньшинством». Остается один выход – борьба против государственного деспотизма за демократизацию всей общественно-политической жизни общества, расширение политических прав и свобод каждого человека, создание условий, «допускающих действительное участие в политической деятельности почти всех взрослых личностей».

Так же важным было разъяснение Лавровым характера перехода России к социальному общественному строю. В статье «Русской социально-революционной молодежи» он высказался определенно: «Единственный путь спасения нашей Родины – путь народной социальной революции».

Как подчеркивал Лавров, народная социальная революция не оканчивается захватом власти и устранением старого правительства, т.е. решением чисто политических задач. Она означает изменение всего общественного строя и прежде всего его экономических основ, ликвидацию эксплуатации человека человеком и установление социального равенства. По мнению Лаврова, движущими силами народной социальной революции должны быть крестьяне, составляющие большинство народных масс России, революционная интеллигенция и нарождающийся «рабочий пролетариат»

Важным условием подготовки революции Лавров считал создание партии революционной интеллигенции. Это союз единомышленников, для «которых критическая мысль нераздельна от партии». Вокруг партии формируются группы сочувствующих. В общинных и артельных центрах России, «представляющих традиционные элементы народной солидарности, должны быть образованы группы, ясно понимающие задачи рабочего социализма». Эти группы и есть тот «костяк» «энергетических личностей», которые составят ядро революционной организации. Лавров придавал большое значение поселениям революционеров непосредственно в самих общинах и в рабочих артелях. Находясь в гуще народной жизни, «революционеры», как мыслил Лавров, «приобретут солидарность и для своего союза». Но самое главное то, что объединенные «крепкой практической организацией», они создадут революционную партию, соединив «в одно дело революционеров рабочего класса со всей России и тем самым положат начало теперь отсутствующей в народе солидарности всех русских рабочих».

Государство, по Лаврову, сохранится и на втором этапе социальной революции – переходном периоде для построения рабочего социализма. В своей работе «Государственный элемент в будущем обществе» Лавров обосновывает тезис о необходимости государства для решения внутренних и внешних задач переходного периода. Однако затем государство будет постепенно отмирать при социализме, его сохранение в виде диктатуры большинства – мера временная, зрелый социализм, по Лаврову, не знает государственности, управления человека человеком «в смысле принудительной власти одной личности над другой». Образец социалистического государства он видел в Парижской коммуне. Признавая необходимость революционного насилия в социальной революции, Лавров требовал сведения его к минимуму. Принудительность даже в отношении враждебных элементов может быть доведена до минимума, если все материальные, общественные силы перешли в руки победившей партии, если она составляет громадное большинство населения и если враги нового строя располагают лишь умственным и нравственным влиянием.

Политические взгляды П.Л. Лаврова разделял Н.К. Михайловский. В основу формулы прогрессе Михайловского легла идея взаимосвязи в общественной жизни истины и справедливости. Согласно ей прогресс общества заключается в создании условий для всестороннего развития и свободной жизнедеятельности каждой личности. В этом, по мнению Михайловского, состоит высшая социальная справедливость, которая может быть достигнута путем совершенствования всех сторон жизни общества на основе развития науки.

Н.К. Михайловский, хотя и не всегда последовательно, придерживался революционных идей. Однако сразу следует сказать, что он был последовательным противником революционного насилия как средства решения социального вопроса. Он писал о том, что существующее в России социальное неравенство между богатыми (помещиками и буржуазией) и бедными (широкими народными массами), экономическое и политическое притеснение последних, полное отсутствие свободы личности противоречат элементарным требованиям общественного прогресса. По его словам, эксплуататорский характер общественного строя России проявляется в том, что одни обладают богатством и властью, свободой и всеми политическими и гражданскими правами, другие же влачат бедное, бесправное, рабское существование. К тому же существующий экономический механизм производства и распределения постоянно воспроизводит «элементы богатства и нищеты, свободы и рабства». «Губительная сила» этого экономического механизма дополняется «политическими и юридическими придатками», т.е. деятельностью государственных и правовых органов, защищающих существующий экономический и политический строй общества.

Н.К. Михайловский указывал на то, что российская монархия во всем поддерживает буржуазию, прячущуюся «в складках царской порфиры», и что самой буржуазии «так удобнее расхищать народное достояние и присваивать народный труд». Даже конституционная монархия не сможет решить проблем борьбы труда и капитала, не устранит эксплуатации человека человеком и «не принесет разрешения социального вопроса». Поэтому, считал Михайловский, неизбежна политическая борьба народа против существующего общественного строя, за введение и укрепление представительной, избираемой народом власти, за расширение гражданских и политических прав граждан. Одним из основных девизов политической борьбы революционных масс являются, по Михайловскому, «земля и воля».

Путь к будущему обществу, по его мнению, мог бы быть проложен через крестьянскую общину. В этом он был солидарен с многими своими предшественниками из числа революционных демократов и народников. Он считал, что община могла бы стать социально-экономической и нравственной основой крестьянского социализма. При этом он утверждал, что община вовсе не становится поперек дороги промышленному прогрессу, однако ограждает крестьян «от бурь промышленной конкуренции».

С позиций крестьянского социализма Михайловский отрицал какое-либо значение марксизма для России. По его мнению, марксизм остается чисто западным явлением и не отражает происходящих в России экономических, политических и идеологических процессов. «Идеи и интересы, с которыми он (марксизм) борется, слишком еще слабы у нас», – писал Михайловский. В то же время он, как и Лавров, критически относился к русским либералам, считал, что их деятельность во многом направлена на то, чтобы «наложить новое ярмо на народ».

М.А. Бакунин был представителем бунтарского течения революционного народничества и идеологом анархизма.

По словам М.А. Бакунина, человек вступает в противоречие с общественными институтами, ограничивающими его свободу. Тем более это касается государства, как аппарата чиновников, перерастающего в их бюрократическую корпорацию, подавляющую народ и существующую за счет его эксплуатации. Всякое государство, по Бакунину, явно или неявно закрепляет привилегии какого-нибудь меньшинства и порабощение большинства. Массы людей не понимают этого из-за своего невежества, они не понимают своих подлинных интересов, заключающихся в устранении государства, которое их порабощает. На это и должен быть направлен их «справедливый бунт свободы».

По твердому убеждению Бакунина, ни одно государство не в состоянии удовлетворить потребности и интересы народа, дать ему свободу: ни конституционная монархия и буржуазная республика, ни государственный социализм. Он утверждал, что везде в Европе государство показало себя банкротом, т.е. оказалось неспособным осуществить те цели, которое провозглашало. Оно всегда выступало на стороне эксплуататорского меньшинства и потому «при нем всегда останется нарушение справедливости».

Путь к свободному анархическому строю виделся Бакунину через революционное восстание и бунт, которые, по его мнению, глубоко соответствуют революционному инстинкту народных масс и представляют собой «организованный взрыв того, что зовется революционными страстями». Бакунин и его последователи исходили из готовности народа к революции (таким его делали нищета, рабство, опыт крестьянских войн, выработанный народом идеал общественного устройства). С целью поднятия народа на революцию Бакунин предлагал создавать инициативные группы из революционной молодежи, призывал учащуюся молодежь бросать гимназии и университеты и идти в народ для революционной работы и подготовки «всесокрушительного бунта».

Восприняв ряд социалистических идей французского анархиста Прудона, Бакунин развил их в своей теории социализма. Согласно этой теории социализм как общественный строй должен быть основан на личной и коллективной свободе, на деятельности свободных ассоциаций. Не должно быть никакой правительственной регламентации деятельности людей и никакого покровительства со стороны государства. Все происходит в рамках коллективов промышленных, сельскохозяйственных, научных, творческих и иных ассоциаций. Его идеалом было достижение такой свободы, при которой самоуправляющиеся коллективы собственно народным движением соединялись бы в уезды, уезды в области, а области образовали бы между собой вольную русскую федерацию.

Принцип народного самоуправления и свободной жизни индивидов и общин, горячо отстаиваемый Бакуниным, неминуемо приходил в противоречие с марксистской идеей диктатуры пролетариата. Марксизм и бакунизм – два направления социалистической мысли, кардинально расходящиеся по коренному вопросу о сути власти и управления при социализме. М.А. Бакунин не видел разницы между буржуазной государственностью и пролетарской, обоснованной марксизмом. Обе они, считал он, враждебны народу, а потому реакционны; обе представляют одно и то же деспотическое управление низов верхами, упрочение привилегий меньшинства, политическое и экономическое порабощение трудящихся. Бакунин прогнозировал, что полное сосредоточение власти в руках государства при обобществлении средств производства и распределения чревато установлением диктатуры бюрократии над всем народом и соединением «социализма с абсолютизмом».

М.А. Бакунин оказал существенное влияние на сознание революционеров разных направлений. Многие из его последователей восприняли лишь те или иные части его учения, соединив их с мотивами и началами других теории. Влияние его учения распространилось далеко за пределы России и сохраняется в некоторых странах до сих пор.

Как уже было сказано, и революционные демократы, и народники критиковали либерализм и обвиняли либералов в соглашательской политике. В следующем вопросе рассмотрим основные идеи либерального течения в России.


2. Идеи либерализма в русской политической мысли

Либерализм, будучи плодом западноевропейской культуры и не имея глубоких исторических корней в России, тем не менее стал одной из интеллектуальных традиций русской политической мысли. Однако из-за отсутствия широкой социальной базы массового отклика в России идеи либерализма не находили, оставаясь по своему статусу довольно элитарным проектом общественного развития определенных групп российского общества. Только в начале XX в., в период революции 1905 г., русский либерализм смог окончательно оформиться как политическое движение.

Представители всех течений русского либерализма в качестве социального идеала принимали идеал буржуазного общества, где интересы отдельной личности и ее неотъемлемых прав обладают несомненным приоритетом. Отстаивая принципы единства путей развития России и западноевропейских стран, они ратовали за осуществление социальных реформ, преобразующих самодержавие в конституционную монархию, за воплощение на практике идеала правового государства и гражданского общества. Не принимая революцию как способ преобразования существующего общественно-политического строя, русские либералы пропагандировали теорию и практику реформизма. При этом идеи парламентаризма, конституционализма и верховенства права развивались с учетом сложившихся традиций русской государственности и общественности.

В своем историческом развитии русский либерализм прошел три этапа:

-   правительственный либерализм, инициируемый «сверху» и уповающий на самоограничение просвещенной монархии;

-   консервативный либерализм пореформенного периода, возникший как проект умеренной интеллигенции, которая стремилась закрепить и расширить общественные преобразования на основе диалога с властью, программы просвещения народа и участия в местном самоуправлении;

-   новый (социальный) либерализм начала XX в., предпринявший попытку синтезировать либеральные принципы и некоторые идеи социализма в русле традиций европейской социал-демократии.

Защищая идею правового государства от критики как справа, так и слева, теоретики «нового» либерализма создают концепции, в которых осмысливаются основные принципы и перспективы развития конституционализма и правовой государственности, прежде всего в российском контексте.

Б.Н. Чичерин дал всесторонне обосновал свою концепцию государства, политических прав и свобод граждан. В концепции Чичерина опорными стали понятия гражданского общества и государства. Чичериным глубоко обосновываются принципы существования правового государства. Его природа обосновывается ученым также и с патриотических позиций.

Основополагающую роль в концепции либерализма Чичерина играют положения, касающиеся гражданских и политических свобод и прав граждан. Он подчеркивает, что «свобода есть основное начало в понятии о гражданине» и что только свободной личности присваиваются права и обязанности.

Свобода трактуется Чичериным как отсутствие внешнего насилия и возможность действовать по своему усмотрению. Речь идет о внутренней своде человека как свободе его воли, а также о его внешней свободе как свободе от внешнего принуждения со стороны кого бы то ни было. Внешняя свобода человека во многом обеспечивается правом, которое регламентирует и охраняет ее. В данном случае имеются в виду свобода человека как гражданина государства, его гражданские свободы. Право же выступает как «взаимное ограничение свободы под общим законом».

Подобное понимание свободы легло в основу толкования Чичериным природы гражданского общества. Он писал, что гражданское общество «основано на свободной воле лиц; оно обнимает частные отношения граждан между собой», в основе этих отношений лежат «частные интересы». В то же время все граждане должны подчиняться законам государства в том, что касается их общих интересов.

В политологических трудах Б.Н. Чичерина немало внимания уделяется различным формам государственного устройства, которые, по его мнению, определяются «строением верховной власти». Дается характеристика монархии, аристократии, демократии, а также смешанных форм государственного устройства: «Смешение аристократии с демократией мы можем назвать смешанной республикой»; «Монархия может сочетаться с аристократией, демократией или с обеими вместе. Все эти формы мы называем ограниченной монархией».

Дается характеристика и такой формы государственного устройства, как теократия, при которой религия господствует во всех сферах жизни общества.

В либеральной концепции Чичерина немало внимания уделяется демократии, как «образу правления, в котором верховная власть принадлежит народу». Основанием демократии он считал свободу и связанное с ней социальное равенство, при этом подчеркивал, что «свобода должна подчиняться общему закону, иначе нет государства». Одним из наиболее уязвимых свойств демократии он считал то, что при ней «меньшинство безусловно подчиняется большинству». Но при демократии «качество поглощается и подавляется количеством», происходит «полное подчинение образованных элементов общества необразованным». И Чичерин делает вывод: «демократия не может являться конечной целью человеческого прогресса».

Чичерин отдает предпочтение конституционной монархии, при которой власть монарха ограничена конституцией как основным законом государства. Он подчеркивает, что ограничения власти монарха вытекают их интересов не отдельных сословий, а всего народа как совокупного целого. «Здесь представительство не сословное, а народное; только здесь существует истинное представительное начало».

По словам Чичерина, участие народа в представительных органах власти позволяет реально обеспечить многие его политические и гражданские права. В данном случае граждане прямо или через своих представителей участвуют в делах государства, в том числе «в управлении делами власти». Их политическая свобода проявляется в их праве участвовать в решении различных государственных проблем и тем самым осуществлять многие другие свои права.

В идеях Чичерина и в его практической деятельности сочетались прогрессистские и охранительные начала.

Г.Ф. Шершеневич сравнивает общество с организмом, элементы которого тесно связаны между собой. Он определяет государство как «союз людей, осевших в известных границах и подчиненных одной власти». Он указывает на обозначенные в данном определении признаки государства: соединение людей; местность, занимаемая ими; власть, которой подчиняются люди, находящиеся в этой местности. Общая задача государства толкуется им так: «возможно большее благополучие возможно большего числа лиц».

В работах Г.Ф. Шершеневича глубоко исследованы проблемы сущности и содержания политической власти, прежде всего государственной. Он следующим образом истолковывает ее основные признаки: она независима по отношению к другим государствам, в чем проявляется ее

внешнеполитический суверенитет; она является высшей или верховной властью внутри страны; она не ограничена, т.е. нет иной власти, которая бы ограничивала государственную власть; она неделима, ибо двух высших властей не может быть.

С этих позиций Шершеневич отвергает теорию разделения властей, аргументируя так: «Трех равных по силе властей существовать не может. Та, которая в действительности окажется более сильной, и будет настоящей властью, а остальные подчинятся ей поневоле… Законодательство, управление и суд – это не три власти, это только три формы проявления одной неделимой государственной власти, или, как выражаются, три функции власти.

Из всех известных форм государственного правления Шершеневич выделяет монархию – абсолютную и ограниченную, а также республику. Он указывает на такие формы республики, как: непосредственная демократия, при которой весь народ принимает участие в законодательстве; представительная демократия, когда в законодательстве участвуют лишь выбранные народом представители; аристократическая республика, когда у власти стоят особо привилегированные слои, выдающиеся своим происхождением или богатством; конституционная монархия, которая, по словам Шершеневича, больше напоминает республику, ибо законодательная власть – у парламента, а исполнительная – у правительства.

Несколько иначе истолковывал сущность государства и государственной власти широко известный российский ученый в области государства и права Б.А. Кистяковский. Он писал, что «…государство есть правовая организация народа, обладающая во всей полноте своей собственной, самостоятельной и ни от кого не заимствованной властью.

Власть он характеризует как основной признак государства, говорит, что она «не только возникает в нем самом, но и поддерживается и ограничивается его собственными средствами».

Государство в такой трактовке предстает как некая таинственная сущность, порождающая из себя самой государственную власть. Последняя же выступает как своего рода априорная (доопытная), т.е. не вытекающая из условий общественной жизни данность. Это по сути дела неокантианский подход к толкованию государства, которого придерживался Кистяковский.

По мнению Кистяковского, осуществление интересов людей, их гражданских прав и свобод менее всего возможно в условиях абсолютной монархии. В ней «все сводится к властвованию, повиновению и требованию беспрекословного подчинения… преследуются только интересы власти и совершенно игнорируются интересы подданных и страны».

Иначе обстоят дела в «конституционном государстве». В нем власть приобретает правовой характер. Как писал Кистяковсткий, основной признак такого правового государства заключается в том, что «в нем власти положены известные границы», что она ограничена и подзаконна.

По мнению Б.Н. Кистяковского, современное конституционное государство является по преимуществу правовым, поскольку власть в нем осуществляется на основе правовых норм. Таким образом «господствуют не лица, а общие правила или правовые нормы. Лица, обладающие властью, подчинены этим нормам одинаково с лицами, не обладающими властью. Они являются исполнителями предписаний, заключающихся в этих нормах и правилах».

Разработка Б.А. Кистяковским концепции правового государства придает его научным трудам важное значение в решении многих проблем современной политологии.

Основные теоретические проблемы правового государства решаются в работах П.И. Новгородцева. Правовое государство характеризуется П.И. Новгородцевым как воплощение в политической жизни общества «абсолютного идеала», который не есть продукт духовной деятельности людей, а дан им свыше, носит надысторический характер. По мнению ученого, оно олицетворяет собой высшую справедливость в регулировании отношений между людьми и утверждает подлинную свободу личности. «Принцип личности», ее право «на индивидуальное творческтво и проявление» лежат в основе существования правового государства.

Особое значение П.И. Новгородцев придавал развитию в обществе демократических институтов, которые должны эффективно защищать интересы и права каждой личности. Он разделял понимание демократии как «формы государства, в которой верховенство принадлежит общей воле народа». Поскольку же в качестве общего идеала все более принимается идеал правового государства, то и демократию следует рассматривать «как одну из форм правового государства».

П.И. Новгородцев подвергает острой критике марксистскую «классовую теорию государства», согласно которой государство возникает в результате непримиримой борьбы классов за политическую власть и выступает как орган подавления одного класса другим. Он утверждает, что «государство не есть только классовое господство», что оно скорее выступает как «публично-правовое регулирование частной и общественной жизни» и что в своей деятельности оно неизменно вдохновляется идеями социальной справедливости. Указывается на то, что правовое государство исходит из «чистой идеи права», на основе которой вырабатываются общие для всех граждан правовые начала, имеющие «сверхклассовый и, следовательно, общечеловеческий и общегражданский характер».

Анализируя марксизм, Новгородцев делал акцент на его научной и практической несостоятельности. Научный анализ, проведенный Марксом, с точки зрения Новгородцева, не играет решающей роли в его системе, он лишь придает ей респектабельный облик и психологическую убедительность. Подлинный социализм Маркса, по мнению Новгородцева, – это гремучая смесь абсолютного коллективизма, рационалистического утопизма и экономического материализма. Он писал о несовместимости идеи марксистского социализма с реальным функционированием общества. Еще до победы Октября Новгородцев писал, что историческое осуществление социалистических начал явится вместе с тем и полным крушением марксизма. Что касается уважения человеческой личности, ее прав и свобод, то, по утверждению П.И. Новгородцева, это «есть начало либеральное, а не социалистическое». В социалистических же учениях «эта основа не развивается, а затемняется».

В трудах И.А. Ильина определены теоретические проблемы совершенствования правового механизма управления обществом, укрепления государства как основы общественной жизни, рассматривается природа права и правотворчества. Он писал о необходимости добровольного соблюдения законов и конституционной борьбы за новые и лучшие законы: «лучше малая свобода, всеми чтимая и блюдимая, чем большая свобода, никем не соблюдаемая». «Человек призван не к внешнему освобождению от закона (таков путь революции, анархии, деспотизма), но к внутреннему самоосвобождению в пределах закона (путь лояльности, правопорядка и здорового развития)». Оттеняя «внешнюю» природу права, Ильин усматривает его подлинную «внутреннюю» душевно-духовную сущность. Он ввел понятие «правосознание», которое включает в себя функции духовной жизни: И прежде всего – волю, и притом именно – духовно воспитанную волю, а затем – и чувство, и воображение, и все «культурные и хозяйственные отправления человеческой души».

Ильин основательно пересмотрел юридические и политические формы федерализма, полагая типичным процессом возникновения государства – движение вверх, от малого к большому, от множества к единству – как процесс политического срастания. Высокую роль в жизнедеятельности федерации Ильин отводил уровню правосознания населения, искусству соглашения и компромисса.

Анализируя основные формы государственного устройства – монархию и республику, различия между ними видел не столько во внешних признаках, сколько в монархическом или республиканском правосознании. По мнению Ильина, для России характерно монархическое правосознание, и в силу этого ей больше всего подходит соответствующая форма государственного устройства. Соглашаясь с данной посылкой Ильина в историческом проекте, многие исследователи склонны считать эту часть наследия философа консервативной утопией.

Важная часть политических исследований Ильина в анализе проблем политики: формальной и творческой демократии, федеративных принципах и государственности и др. Ильин, осуждая проявления тоталитаризма, выражал уверенность в том, что «Россия должна быть свободна и будет свободна». Он предупреждал об опасностях не только тоталитаризма, но и «либерализма на посттоталитарной российской почве», что лозунг «демократия немедленно и во что бы то ни стало» один раз уже привел в России к тоталитарной диктатуре. Он грозит такой же диктатурой и впредь, но уже «антикоммунистической». При распаде коммунистического государства, по мнению Ильина, образуется 20 отдельных «государств, не имеющих Определенной территории, ни авторитетных правительств, ни законов, ни суда, ни армии, ни бесспорного населения».

Предотвратить это может только собственный выбор России, избегающий тупиков как тоталитаризма, но и псевдолиберализма. Государство в России должно стать учреждением, которое ищет в корпоративном духе и в корпоративной форме народного доверия и прочности и потому чтит свободу своих граждан и добивается их сочувствия и содействия. «Демократия, – писал он, – заслуживает признания и поддержки лишь постольку, поскольку она осуществляет подлинную аристократию (т.е. выделяет кверху лучших людей): а аристократия не вырождается и не вредит государству именно постольку, поскольку в ее состав вступают подлинно лучшие силы народа».

Либеральная мысль России проделала большой путь от прямых заимствований западных идей до разработки многих оригинальных идей государственного переустройства России.

Однако в целом либеральное политическое мышление в России не стало всеохватывающим, имело незначительное влияние, что объяснялось слабостью начал индивидуализма в российской культуре и экономике, сохранением общинности в хозяйствовании основной массы производителей.


3. Объясните, почему в столкновении либерализма, консерватизма и радикализма в российской политической истории рубежа XIX–XX вв. восторжествовал идеологический радикализм. Укажите, какие социокультурные факторы этому способствовали

Консервативная политическая мысль в России развивалась в направлении защиты интересов национального единства и государственной целостности, оправдания сильной политической власти и самодержавной формы правления, сохранения самобытных социальных и политических институтов. При этом она акцентировала внимание на преемственности исторического развития и неприятии радикализма как слева, так и справа, как в политической теории, так и в политической практике. Консервативным идеалом выступало единство самодержавия и народа: соответствие духу и характеру русского народа делало самодержавие и направление сакральными и законными с исторической точки зрения.

Либерализм, зародившийся в западноевропейской культуре, не имел глубоких исторических корней в России. Отстаивая принципы единства путей развития России и западноевропейских стран, либерализм ратовал за осуществление социальных реформ, преобразующих самодержавие в конституционною монархию, за воплощение на практике идеала правового государства и гражданского общества. При этом идеи парламентаризма, конституционализма и верховенства права развивались с учетом сложившихся традиций русской государственности и общественности.

Но наибольшее распространение получил радикализм. Это направление включает политические концепции декабризма, революционного демократизма, народничества и марксизма. Будучи специфической идейной и практической реакцией интеллигенции на процессы модернизации России, на противоречивые условия ее социально-экономического и политического развития, русский радикализм был критически настроен на преодоление несправедливых и антигуманных сторон как феодально-крепостнических, так и новых буржуазных отношений. Стремясь любой ценой ускорить социальные преобразования и реализовать на практике свой общественный идеал, представители русского радикализма уповали на особую роль отечественной интеллигенции в данном процессе, призванную, с их точки зрения, сформировать и возглавить движение общества в сторону прогресса.

Наиболее значительной и яркой формой политического радикализма в России начала XX в. явилась политическая идеология большевизма. ее становление и формирование связано с теоретической и практической деятельностью В.И. Ленина и его соратников по партии – Л.Д. Троцкого, Н.И. Бухарина, И.В. Сталина и др. Стержнем этой идеологии послужила идея осуществления пролетарской революции и установления диктатуры пролетариата под руководством большевистской партии.

В противостоянии этих трех основных течений русской политической мысли восторжествовал идеологический радикализм. Это связано с тем, что консервативное и либеральное течение в своих концепциях уделяли недостаточно внимания существующим проблемам. Консерваторы призывали к сохранению сильной самодержавной власти. Либералы – к переустройству власти на конституционных (правовых) началах, установлению конституционной монархии путем реформирования системы власти. Но, как известно, российское правительство не особенно стремилось осуществлять реформирование системы управления. Так же монархия не стремилась ограничить себя конституцией. И в сложившейся ситуации наиболее привлекательными для народа стали призывы радикалистов, которые в своих теориях решали такие важные для народа проблемы, личная свобода народа, политические права для всех граждан России, решение аграрный вопрос, рабочего вопросов и т.д. То есть, радикализм, в отличие от других течений, активно пытался наболевшие вопросы, которые касались большей части народной массы и высказывал идеи по поводу практического осуществления своих идей, а именно – высказывался за революцию и свержение самодержавия.


Заключение

Как видим, в политической мысли России XIX – начала XX царило множество самых различных, во многом даже противоречивых идей. В данной работе были рассмотрена такие течения как радикализм (а именно его направления – революционный демократизм и народничество) и либерализм.

Революционные демократы критиковали современные им социальные и политические порядки России, а именно, рабское положение народа, гнет самодержавия и т.п. Они были убеждены в необходимости радикальных преобразований в стране, а говоря о путях реализации этих преобразований, все больше склонялись в сторону революции.

Народники не менее критически относились к существующему строю, подчеркивали подавляющую, эксплуатирующую роль государства, которое действовало от имени абсолютного меньшинства, угнетая основные народные массы. Они искали средства установления социальной справедливости, и эти идеи неизбежно перекликались с социалистической идеологией. Но при всей своей социалистической ориентации многие из народников спорили с положениями марксисткой теории, считали ее во многом ошибочной, а некоторые представители народничества (например, М.А. Бакунин) считали, что идеи марксизма не могут быть осуществлены на российской почве.

Либералы в основном высказывались за установление гражданских прав и свобод. Они считали, что высшая ценность – это личность в правовом государстве. Ратовали за установление в России демократических институтов власти, провозглашение конституции. Считали, что монархия – это идеальная для России форма правления, но существовать в форме абсолютизма она больше не может. Монархия должна стать ограниченной, в большинстве своем либералы высказывались за конституционную монархию, а Б.Н.Чичерин считал, что она должна быть обеспечена народным представительством.

Литература

1.  История политических учений: Учебник для вузов/Под общ. ред. проф. О.В. Мартышина. – М.: НОРМА-ИНФРА-М, 2002. – 912 с., с. 452 – 458.

2.  Мальцев В.А. Основы политологии: Учебник для вузов. – М.: ИТРК РСПП, 1998. – 480 с., с. 72, 76 – 78.

3.  Политическая энциклопедия в 2 т; Рук. проекта Г.Ю. Семигин; Науч.-ред. совет: пред. совета Г.Ю. Семигин. – М.: Мысль, 1999: Т. I. – 750 с., с. 92, 427, 720; Т. II. – 710 с., с. 52.

4.  Политология: учебник/под ред. В.А. Ачкасова, В.А. Гуторова. – М.: Высшее образование, 2009. – 692 с., с. 86 – 90, 96 – 97, 100.

5.  Политология: Учебник для вузов/В.Н. Лавриненко, А.С. Гречин, В.Ю.Дорошенко и др.; Под ред. проф. В.Н. Лавриненко. – М.: ЮНИТИ, 2000. – 367 с., с. 110 – 147.

6.  Политология: Учебное пособие для вузов/ответственный редактор А.А. Радугин – М.: Издательство «ЦЕНТР», 1997. – 224 с., с. 36 – 41.

7.  Политология: хрестоматия/Под ред. М.А. Василика, М.С. Вершинина. – М.: Гардарики, 2000. – 843 с., с. 196 – 201, 209 – 215, 234 – 236.


© 2010